Симметрия со всем обширным спектром ее значений пронизывает само бытие творческой личности архитектора-мыслителя, реагирующей на окружающий мир импульсивным или программным воспроизведением закономерностей симметрии.

Характерно, что многие зодчие пытаются интерпретировать «механизм» подобного воспроизведения.

По словам архитектора М. Гинзбурга, «Ритмическое очарование симметричных форм объясняется основными психофизиологическими особенностями нашего чувства зрения. Каждый из наших глаз воспринимает всякую форму в отдельности, при чем изображение, образующееся в каждом глазе, обратно по отношению к изображению, образующемуся в другом глазе.

Таким образом, представление о какой-либо форме образуется в нашем сознании лишь после образования двух повторных, но и обратных, то есть симметричных ощущений обоих глаз. Можно сказать, что само наше зрение симметрично по отношению к некой воображаемой оси, которую можно мысленно провести между глазами.

Элемент обратного повторения происходит уже в нашем сознании, потому-то так сильно очарование ритма симметрии, восприятие которого уже подготовлено сущностью физиологического строения глаз.

Ощущения, воспринимаемые нашими органами чувств, накапливаясь в мозгу, поступают в распоряжение нашего воображения. Существуют два способа, посредством которых воображение распоряжается полученными ощущениями».

Наиболее творческий, по мнению М. Гинзбурга, конструктивный (в отличие от другого репродуктивного) способ «симметризует образы внешнего мира», корректирует их согласно физиологическому строению глаза, интуитивно стилизует, разлагая на составные элементы.

Создавая симметричную форму, мастер повинуется законам ритма, наиболее экономизирующим нашу энергию восприятия. Возможно, с точки зрения современных научных представлений о динамике восприятия суждения архитектора 20-30-х годов выглядят отчасти схематичными, но в них, думается, уловлена суть: угадана симметрия, аналогия ритмов различных систем в процессе восприятия.

Закономерности симметрии самым неожиданным образом представлены в широком диапазоне современных исследований художественного творчества. Возвращаясь к одной из традиционных проблем взаимосвязи искусства и природы, эстетика сегодня делает попытки рационального прояснения социоприродной сути художественного творчества, таких явлений, как интуиция и воображение, творческое вдохновение и в нелогическое усвоение целостных форм, традиций и т. п.

Рассматривая основные слои художественной реальности: семантически-изобразительный и конструктивно-упорядочивающий, В. И. Тасалов в работе «О социоприродной органичности художественного творчества» обращается к актуальнейшей проблеме современной психофизиологии высшей нервной деятельности функциональной асимметрии больших полушарий мозга человека.

Потребность различения и запоминания бесконечных впечатлений от деятельности важнейшее исходное основание творческой психики и всякой творческой продуктивности. Признаки этих впечатлений кодируются в нервных клетках обоих полушарий.

Но если в качестве «элементарных впечатлений» правое полушарие воспринимает и запоминает прежде всею элементы семантически-изобразительного слоя непотребительских форм жизни, то левое полушарие всевозможные логически-структурирующие связи, обнаруживаемые восприятием между элементами визуальных, слуховых, речевых, моторно-орудийных и тому подобных характеристик действительности.

Мозг считывает и выделяет признаки подобия между этими двумя типами элементов, в результате чего их «хаотическое» разнообразие связывается внутренней структурной упорядоченностью, «самоорганизуется в исходное множество оригинальных ассоциаций важнейший первоначальный продукт творческой активности психики».

Полагают, что психика творческой личности характеризуется прежде всего развитостью, емкостью ассоциаций как продуктивных соотношений между жизнеподобными и конструктивными элементами сознания в противоположность «эрудиции», измеряемой несоотносимым количеством их накопления.

В активно ассоциирующей психике оба полушария мозга всегда «узнают» себя друг в друге и, сохраняя свою особенность, постоянно настроены на возможность немедленного продуктивного синтеза.

В обогащенной ассоциациями творческой психике интуитивная бесконечность множества значимых элементов действительности изнутри проникается собственными «правилами» конструктивной организации. Причем эти правила в равной степени распространяются как на элементы логически-упорядочивающего мышления, так и на элементы чувственно-конкретного сознания.

Первая группа элементов относится к множеству знаковых морфем, вторая к множеству знаковых семантем. «Знаковых» потому, что именно здесь происходит отождествление семантически жизненного значения и конструктивной формы элементов, как раз и характеризующее собой природу «знаков» уже упорядоченных символов творческого мышления.

Эффективность рассматриваемого самоорганизационного процесса заявляет о себе на стадии перехода к продуктивной деятельности воображения. Оно включается, «когда в свободном взаимодействии жизнеподобной конструктивности морфем и конструктивной жизнеподобности семантем сознание «само собой», как бы внезапно и неожиданно, «озаряется» неведомым ранее морфосемантическим тождеством схватывает представление и ядро новооткрытого «жизнеспособного целого».

Воображение закрепляет явь этого целого как зримую реальность нового тождественно сформированного содержания жизни, нового смыслообраза действительности».