Анализ новейших тенденций архитектуры, просмотр материалов дискуссий и последние материалы страниц прессы позволяют делать уже конкретные выводы. И бросаются в глаза две крайности — взаимоотрицающие друг друга, но существующие одновременно.

Первая — это новаторство в сочетании с соблюдением ключевых традиций народного устоя и исторически сложенных правил и эстетических представлений. Второе — это отрицание представлений прошлого как пережитка и попыток полностью заменить методы, дизайн и стиль под более конструктивные и современные рамки. Оба направления по своему грамотны, имеют массу теоретических аргументов и обоснований.

Но если охарактеризовать два появившихся направления в новаторских движениях — то выходим на следующие выводы:

  1. Устойчивый интернациональный стиль, доведенный до нового порога модернизации. В принципе лежит основной стиль обновленной функциональной архитектуры двадцатого века — это очень устойчивое культурное явление. Он выдержал все скачки и зигзаги экспериментов и практики в тридцатые, пятидесятые и семидесятые годы. И он однозначно будет незыблемо существовать и в следующем тысячелетии, оставляя архитектуру страны узнаваемой, внешние изменения проявляются только ради необходимости выполнения конкретной функции.
  2. Второе направление гласит, что интернациональная позиция в архитектуре себя окончательно исчерпала и необходимо отдавать всю постройку на службу функции — стеклянные здания не для дизайна, а ради качества и удобства обслуживания и т.д.

Но она, несмотря на своеобразную логичность и неопровержимость аргументов, сильно дискредитирована в умах общей массы потребителей своей футуристической сухостью и бездуховностью. Здание становится, по мнению народа и критиков, анонимным, не выражающим ничего внешне, а стремление к эстетике — это все таки одна из ключевых потребностей человека, которую люди очень ценят.

Это направление воспринимается большинством, как отрицание накопленного опыта, выраженного в памятниках архитектуры. И нельзя судить кто прав — ведь красота не принесет столько функционального великолепия, и требует огромных затрат, но отрицать ее необходимость невозможно — против душевного порыва человечества ни аргументы, ни логика, и уж тем более ни гипотезы не смогут ничего противопоставить.